test
 
 
 

КОННИЦА КЕНГЕРЛИ

На протяжении XIX столетия в составе армии Российской империи существовало несколько специфических воинских формирований из представителей кавказских народов, которые не раз покрывали себя воинской славой на поле брани. Это были самобытные войсковые соединения, кардинально отличавшиеся от регулярной пехоты и кавалерии. Cреди всех этих частей и соединений было одно, ныне незаслуженно забытое, которое даже среди кавказских формирований выделялось своей самобытностью и боевым духом - «Конница Кенгерли», созданное после присоединения в 1828 году Нахчыванского ханства к Российской империи и вписавшее славные страницы в боевую летопись Российской империи и азербайджанского народа.


В документах русского военного ведомства Конница Кенгерли в качестве самостоятельного формирования впервые упоминается в 1828 году, т.е. через год после фактического вхождения Нахчыванского ханства в состав Российской империи.
Формирование конно-мусульманских частей Отдельного Кавказского корпуса было произведено в кратчайшее по меркам той эпохи время - всего за три месяца. Уже к 16 мая 1829 года русские войска находились на своих сборных пунктах, а 30 мая 3-й конно-мусульманский полк уже прославился в сражении при деревнях Дигуру и Чаборио, в котором его всадники конной атакой прорвали боевые порядки турецкого авангарда под командованием Къяги-бека, «взяли три знамени, заставили неприятеля бросить две пушки, отбили множество вьюков и, наконец, захватили весь лагерь со всем имуществом, снарядами и продовольствием». Достичь такого успеха в деле военного строительства и боевой подготовки было бы невозможно, если бы на то время у русского командования на Кавказе не было возможности призвать под свои знамена значительное число ранее обученных военному делу азербайджанцев.
Современники тех событий вот как описывали организацию, боевой дух и внешний вид чинов иррегулярных частей Отдельного Кавказского корпуса азербайджанского формирования: «Из всех войск особенное внимание обращали на себя четыре конно-мусульманские полка и Конница Кенгерли. Первый полк был составлен весь из коренных жителей Карабаха; второй - из жителей Ширванской и Шекинской провинций; третий - из татар⃰ грузинских дистанций (борчалинской, казахской и шамсадильской); четвертый - из эриванских татар и конница Кенгерли из особого воинственного племени, обитавшего в Нахичеванской области.
⃰⃰ «Татарами» в те времена называли мусульман-горцев разных областей Кавказа
Все эти полки сохраняли национальный костюм и отличались друг от друга только суконными звездами, нашитыми на их высоких остроконечных папахах: у первого полка они были красные, у второго - белые, у третьего - желтые, у четвертого - голубые и у конницы Кянгерлы - зеленые. Такого же цвета были полковые знамена, богато украшенные гербами Российской империи. Командовали полками русские офицеры, а сотнями - беки и почетные агалары. В общем полки являли собой превосходный вид: всадники были опрятны и красиво одеты, отлично вооружены и, кроме 3-го полка, сидели на кровных жеребцах карабахской породы. Третий полк, по замечанию Паскевича, отставал от других по наружности, но он уже отличился в сражении и зарекомендовал себя самым лучшим образом»
Если конно-мусульманскими полками командовали российские офицеры, то Конницей Кенгерли - полковник Эхсан хан Нахчыванский, этнический азербайджанец, сам из кенгерлинцев.
Обмундирование всадников Конницы Кенгерли состояло их рубахи, суконного или войлочного (на зимнее время) бешмета со стоячим воротником темно-синего цвета, расшитого галунами, именуемого на кавказский манер «чохой». Единственным головным убором являлась высокая островерхая шапка с нашитой (у нижних чинов) суконной восьмиконечной звездой зеленого цвета. Обувью в боевой и походной обстановке служили сапоги, на биваке - онучи. Бекам полагались эполеты, наибы и векилы отличались от аскеров и нукеров наличием галунов на воротнике. В зимнее время всем полагалась бурка. Вооружение всадника состояло из ружья, пары пистолетов (чем аскеры очень походили на драгун российской кавалерии) и кинжала. Ни о каком другом холодном оружии у аскеров русские современники не упоминают, а при описании их рукопашных схваток с турками постоянно акцентируют внимание на том, что они «приняли врага в кинжалы».
За отличия в сражениях 1829 года все закавказские конно-мусульманские полки, включая конницу Кенгерли, были награждены 26 октября 1830 года императором Николаем I памятными знаменами, свидетельствовавшими о том, что за ними верховной властью Российской империи впредь признавались права армейских частей, а не ополчения. На больших шелковых полотнах этих знамен, сохранивших отличительные цвета полков во время войны (в первом полку - красные, во втором - белые, в третьем - желтые, в четвертом - голубые и в коннице кянгерлы - зеленые), изображен государственный герб, а на верху, в копье, - вензель императора Николая I.

Устройство Кенгерлинского войска достаточно хорошо известно благодаря «Статистическому описанию Нахичеванской провинции», составленному в 1833 году российским акцизным чиновником В.Г.Григорьевым. Согласно этим сведениям, в середине 1830-х гг. войско насчитывало 350 всадников, постоянно готовых к походу, на содержание которых с населения бывшего Нахчыванского ханства собирался специальный налог в сумме 8400 руб. серебром.

Описание состояния и внешнего вида Конницы Кенгерли в первые годы ее нахождения на российской службе достаточно хорошо известно благодаря генерал-адъютанту императора Николая I графу А.Х. Бенкендорфу, который от имени монарха вел путевой дневник, в том числе и во время путешествия по Кавказу в 1837 году. 5 октября на полпути от Гюмри к Эчмиадзину император Николай I и его свита были встречены конницей кянгерлы в торжественном карауле, и описание этой встречи цитировалось неоднократно: «Я увидел перед собой бесподобную Конницу Кенгерли в однообразном одеянии и на бесподобных лошадях. Начальник ее Эхсан хан, подскакав ко мне, отрапортовал по-русски, как бы офицер наших регулярных войск». Николай I дал смотр Коннице Кенгерли («...я сделал смотр Коннице Кянгерлы, которая сопровождала меня оттуда до Эривани.»), что предполагало не только прохождение в парадном строю, но и демонстрацию индивидуального умения владеть холодным оружием, навыков джигитовки и конной выездки, и остался чрезвычайно доволен. Об этом свидетельствует факт награждения всех всадников по итогам смотра специально учрежденными по случаю посещения императором Кавказа серебряными медалями «Кавказ. 1837 год» на черно-красно-черной ленте ордена Св. Владимира, что было для того времени чрезвычайно уникальным явлением. Поименно известны списки 2847 награжденных, из которых 419 человек были кенгерлинцами. Среди награжденных был и 18-летний старший сын Эхсан хана Нахчыванского Келбали хан, для которого эта медаль стала первой из более чем 15 российских и иностранных наград, причем 7 из них были боевыми орденами .
В 1839 году Эхсан Хан Нахичеванский был назначен походным атаманом Кенгерлинского войска, а позже Военно-походным атаманом Закавказских мусульманских войск.
На протяжении последующих 14 лет части Конницы Кенгерли принимали участие в многочисленных боевых операциях на Кавказе и в Закавказье. В полном составе Конница Кенгерли выступила в поход с началом Восточной (Крымской) войны 1853-1856 гг. , во время которой она действовала в составе Эриванского отряда русской армии на закавказском театре военных действий под командованием генерал-лейтенанта барона К.К.Врангеля. С 22 апреля по 5 июля кенгерлинцы принимали непосредственное участие в боях в районе Игдыра, Караван Сарая, Ор-гова, 17 июля - в сражении на Чингильских высотах и последующим занятии Баязета 19 июля. В дальнейшем конница кянгерлы участвовала в действиях в районе Абас-геля, Мысуна, Дутаха, Диадина, Ка-ра-килиса, Алашкерта (Топрак-кала) и т.д. На протяжении всей кампании 1854 года ее воины постоянно находились на передовых позициях, неся основную тяжесть разведовательно-дозорной службы.
Крымская война стала последней кампанией, в которой Конница Кенгерли принимала участие как самостоятельное воинское формирование.
По окончании боевых действий, 30 августа 1856 года она была распущена.
Сегодня боевые и почетные знамена Конницы Кенгерли хранятся в фонде «Новая и новейшая история» НМИА. Боевое знамя Конницы Кенгерли (№458) отличается от знамен других конно-мусульманских полков российской армии зеленым цветом полотна и некоторыми элементами. Четырехугольное знамя из шелка имеет размеры 134х128 см, на нем присутствует несколько схематичное изображение орла с серым щитом на груди и пушечными стволами в когтях. Древко знамени черного цвета. В отличие от знамен других мусульманских полков, здесь надпись на арабском языке «Добро вознаграждается добром. Справедливый султан - тень Аллаха на земле. Ал-Мурад Кенгерли» выведена не на ленте, а непосредственно на поле знамени. Отметим, что этот Мурад - хан Нахчыванский, прадед Калбалы I. Из этого можно заключить, что большинство элементов символики этого знамени принадлежит племени кенгерли.

Почетное знамя Конницы кенгерли зеленого цвета, имеет размеры 158х140 см и изготовлено из двойной шелковой материи. В центре на белом фоне помещено изображение двуглавого орла, окруженного золотым венком. Верхний конец - желтый, а нижний и кисточки - такие же, как в других полковых почетных знаменах. Это копия знамени, которое было перевезено во дворец Эхсан хана. По данным российского историка Олега Кузнецова, почетное знамя хранится в военном музее Санкт-Петербурга.

В июне 1854 года в боях за высоту Чингил в ходе Крымской войны Калбалы II Кенгерли проявил образцы мужества, за что был удостоен ордена Св.Георгия IV степени. В этом же году император Николай I направил на имя Калбалы хана боевое знамя. Это четырехугольное знамя размером 145х120 см голубого цвета, из шелковой ткани, на лицевой и обратной стороне имеет изображения и надписи. Оно использовалось как боевое знамя бекской дружины Нахчыванского ханства (№468).